Loading

Новый системный подход к процессу регенерации дермы

Новый системный подход к процессу регенерации дермы

Современные методы биологической стимуляции, давая порой видимые эстетические результаты, могут быть отрицательными на функциональном уровне. Метод регенерации тромбоцитарными факторами роста сегодня является наиболее физиологичным в эстетической медицине. Гистологические исследования подтверждают, что биостимуляция тромбоцитарными факторами роста стимулирует дермальную регенерацию с образованием ретикулярного коллагена (III типа), который сохраняется до 9 месяцев. Таким образом, эффект данной биостимуляции положителен как на функциональном, так и на эстетическом уровне.

 

Регенерация или репарация

Очень важно правильно разделять процессы регенерации и репарации и понимать различие между ними.

Напомним, что под регенерацией мы подразумеваем физиологический процесс, который приводит к реконструкции функционально лабильных тканей. То есть, в результате регенерации мы получаем количественно и качественно функциональную ткань. В ходе регенерации нормализуется количество ткани, уменьшенное в процессе естественного старения, стимулируется формирование обновлённой, богатой коллагеном дермы, абсолютно идентичной утраченной. В итоге мы имеем количественную нормализацию функциональной ткани.

Говоря о репарации, мы имеем в виду патофизиологический процесс, в ходе которого взамен поврежденной образуется новая ткань (фиброзная), богатая коллагеном I типа, с пониженной функциональностью. Увеличение коллагена I типа характеризует стареющую кожу, в то время как увеличение коллагена III типа соответствует молодой, функционально-активной коже.


Факторы роста — немного истории

Факторы роста представляют собой небольшие белковые фрагменты, принадлежащие к группе цитокинов, производные различных типов клеток и тканей, которые способны активировать и ингибировать функции клетки.

Факторы роста были открыты профессором Ритой Леви-Монтальчини в сотрудничестве с профессором Стенли Коэном в далеком 1954 году.

Затем, в 1986 году, за важность открытия Nerve Growth Factor и его биологических функций профессор Рита Леви-Монтальчини была удостоена Нобелевской премии в области медицины. В том же 1986 году профессор Стенли Коэн получил Нобелевскую премию по физиологии и медицине за открытие эпидермального фактора роста (Epidermal Growth Factor, EGF) и его биологических функций.

В 1971 году впервые начали говорить о наличии биологически активных факторов в крови. Так, в 1974 году было подтверждено, что биологически активные факторы, высвобождаемые из тромбоцитов, воздействуют на пролиферацию клеток.

В 1999 году доктор Эдуардо Анитуа (Испания) начинает использовать PDGF (фактор роста тромбоцитов) для улучшения репаративных процессов. В его работах нанесение факторов роста тромбоцитов на пораженное место приводило к быстрому заживлению ран.

В 2001 году профессор Виктор Гарсия (Испания) начал научные работы по биостимуляции кожи факторами роста тромбоцитов, вводя их непосредственно в кожу, тем самым вызывая регенерацию тканей.

Факторы роста, после активации, связываются с определенными рецепторами — Тирозинкиназой, что приводит к серии внутриклеточных активаций, ведущих к биологической реакции. Рецепторы тирозинкиназы названы так, потому что в их внутриклеточной части, сразу после активации, появляются и остаются фосфорилированные остатки тирозина. Фосфорилирование остатков тирозина и вызывает реакцию клеточного ответа. Эта реакция начинается с активации рецепторов Фактора роста Белка 2 (Grb2), при которой наблюдается активация Ras, с последующей передачей сигнала в митоген-активируемую протеинкиназу (MAPК). Это индуцирует размножение клеток.

МАPК также активирует транскрипционный фактор AP-1, необходимый для чтения ДНК. Транскрипционный фактор АР-1, состоящий из генов Jun и Fos, разрешает присоединение РНК-полимераз к ДНК для синтезирования белка после транскрипции. Это способствует как росту числа клеток, так и увеличению продуктов их синтеза.

Итогом этих внутриклеточных механизмов являются деление клетки и усиление метаболизма.
Научные обоснования

Для разработки протокола по регенерации дермы профессор Виктор Гарсия (Испания) и профессор Маурицио Чеккарелли (Италия) провели углубленное изучение научной литературы, касающееся факторов роста тромбоцитов и биологических процессов, связанных с ними.

Факторы роста содержатся в тромбоцитах в особых альфа-гранулах. Тромбоциты содержат различные типы гранул. Альфа-гранулы высвобождают PDGF (тромбоцитарный фактор роста), PF4 (тромбоцитарный фактор 4), фактор V, фактор XIII, фибриноген, в то время как дельта-гранулы (плотные тельца) высвобождают серотонин, ADP и кальций.

В тромбоцитах много других факторов роста, которые также способствуют биологической регенерации тканей. (См. таблицу)

 

 

Деятельность факторов роста

 

   

Пролиферация

остеобластов

 

Пролиферация

фибробластов

 

Хемотаксис

Синтез дермального матрикса  

Васкуляризация

PDFG ++ ++ + ++ *
TGF +/- +/- + ++ *
EGF ++ + *
IGF ++ + ++ ++
VEGF * ++
 

++ многократно увеличивает                 + возрастает

                 — без эффекта                                             * косвенный эффект

 

 

Один из них с самой высокой концентрацией — IGF-1 (инсулиноподобный фактор роста).

Факторы роста, высвобождаемые из тромбоцитов, в частности PDGF и IGF, особенно подходят для регенерации дермы, участвуют в синтезе дермального матрикса и активации фибробластов.

В статье, опубликованной в журнале J. Biol Chem в июле 2008 года, говорится, что концентрация уже 5 нг/мл факторов роста достаточна для индукции пролиферации фибробластов.

В статье, опубликованной в журнале Blood в августе 1984 года, сообщается, что концентрация PDGF в плазме крови здорового человека, после дегрануляции (активации) тромбоцитов, составляет около 20 нг/мл.

Каждый отдельный тромбоцит при активации и дегрануляции выделяет 7,5 х 10-8 (десять в восьмой степени) нанограмм PDGF. Следовательно, в цельной плазме количественное присутствие факторов роста тромбоцитов в 4 раза превышает концентрацию, минимально необходимую для стимуляции биологических функций клетки. Из этого следует, что для запуска процесса регенерации кожной ткани достаточно использования цельной плазмы, полученной после центрифугирования.

PDGF высвобождаются из тромбоцитов, связанных с гепаринсульфатом (прим. Гепаринсульфат находится во многих органах и тканях, он входит в состав протеогликанов базальных мембран и является постоянным компонентом клеточной поверхности), после чего, в виде димеров, они связываются с рецепторами тирозинкиназы с последующей активацией клетки.

Та же статья, опубликованная в журнале Blood в августе 1984 года, говорит нам о том, что период полураспада PDGF, освобождённых от гепаринсульфатов, очень короткий — около 2 минут. По истечению этого времени мы имеем практически нулевой биологический эффект.

Поэтому правильная активация тромбоцитов очень важна. Мы не используем в нашем протоколе никаких дополнительных активаторов, в виде кальция, например, а вводим плазму с не активированными тромбоцитами непосредственно в дерму, где происходит прямой контакт тромбоцитов с дермальным коллагеном, вызывая их активацию и дегрануляцию, с высвобождением факторов роста тромбоцитов в месте введения.

Кроме того, исследование, опубликованное в 2008 году в «Коммуникативной и интегративной биологии», сообщает, что через 6-8 часов после первой стимуляции PDGF и другими факторами роста, на клеточной поверхности фибробласта наблюдается увеличенный набор рецепторов. Исходя из этого, через 6-8 часов после первой стимуляции фибробластов, мы предлагаем провести вторую фазу, но на этот раз, используя плазму особо богатую тромбоцитами (PRP), на участках лица с видимыми признаками старения.

Профессор Виктор Гарсия и доктор Гонсалес Николас Албандеа Дж. Антонио провели гистологическую оценку дермы после введения PDGF и опубликовали в International Journal Of Cosmetic Medicine And Surgery результаты этой работы. (Рис. 1)

image001

Рис. 1(а). Спустя 7 дней после биостимуляции с факторами роста PDGF мы имеем максимальный ангиогенез, который представляет собой новое производство сосудов и улучшение микроциркуляции в стимулированной ткани.

image003

Рис. 1(б). Через 30 дней после дермальной биостимуляции факторами роста мы имеем высокую концентрацию активированных фибробластов (пролиферацию).

image005

Рис. 1(в). Через два месяца мы имеем образование «молодого» ретикулярного коллагена III типа (реальное омоложение).

 

 

Через 7 дней после биостимуляции с PDGF происходит максимальный ангиогенез, т.е. возникновение новых сосудов и улучшение микроциркуляции в стимулированных тканях. Через 30 дней после биостимуляции кожи факторами роста была зафиксирована высокая концентрация активированных фибробластов (пролиферация). Через два месяца было отмечено образование новой молодой матрицы, богатой коллагеном III типа, что соответствует реальному омоложению. Таким образом, был создан протокол по регенерации кожи с использованием PDGF, имеющий под собой серьезную научную основу.

На сегодняшний день исследования Виктора Гарсии и Маурицио Чеккарелли продвинулись далеко вперед. Создан окончательный протокол по регенерации всех тканей лица, имеющий название «Полная медицинская регенерация». Окончательный протокол был опубликован в 2010 году в The Physiological Medical Letter.

Протокол Full Face Medical Regeneration позволяет регенерировать:

  • эпидермис;
  • дерму;
  • гиподерму;
  • кость.

Для этого также используется термин «медицинский фейслифтинг». В данном протоколе мы используем полученные от пациента аутологичные продукты, в частности:

  • аутологичную цельную плазму с тромбоцитами;
  • PRP – аутологичную плазму, богатую тромбоцитами;
  • аутологичный плазменный фибрин;
  • аутологичные стволовые клетки жира;
  • аутологичную поддерживающую биоткань + трикальцийфосфат.

Актуальные разработки. Старые и молодые фибробласты

Основываясь на клинических результатах, полученных в течение пятнадцатилетнего опыта применения регенеративного лечения кожи, профессор Маурицио Чеккарелли углубился в изучение причин различных результатов, полученных в ходе лечения у молодых и пожилых пациентов, и начал поиск решения проблем, связанных с лечением кожи пожилых людей.

Стареющие фибробласты имеют две отрицательные характеристики: сокращенное число рецепторов, со сниженным ответом на стимуляцию, и отсутствие мощностей для производства ретикулярного коллагена и протеогликанов, в противовес фиброзному коллагену.

Кроме того, старые фибробласты уже использовали большее число митозов, и стимуляция пролиферативной активности с PDGF способствует скорейшему достижению предела Хейфлика и, соответственно, клеточной гибели.

Решение этой проблемы — найти способ образования новых молодых фибробластов в коже. Фибробласты, как и все мезодермальные клетки, требуют дифференциации от стволовых клеток, при внедрении для обновления ткани. Поэтому сначала необходимо внутрикожное введение мезенхимальных стволовых клеток, и только затем применение факторов роста тромбоцитов.

Для этого мы можем выделить сосудисто-стромальную часть жировой ткани, так как иммуногистохимические и иммунофлуоресцентные анализы показали, что стволовые клетки расположены непосредственно в периваскулярной соединительной ткани вместе с перицитами. После извлечения жировой ткани, сначала фрагментируем полученный материал механически, для получения мелких частиц, легко связанных с коллагеназой. Затем работаем с фрагментами жировой ткани с коллагеназой для высвобождения стволовых клеток. После того, как растворено соединение, проводим множество очисток для устранения следов коллагеназы и получения стволовых клеток, пригодных для инъекций.

Однако извлечение жировой ткани требует хирургической клиники, а процесс выделения и очистки стволовых клеток — стерильности и защищенности. Этот метод ограничивает возможности проведения процедуры регенерации кожи в амбулаторных условиях.

Мы углубили наши исследования для решения этой проблемы. Научная литература содержит сведения о том, что во всех тканях организма присутствуют стволовые клетки. Именно они работают над регенерацией ткани, подвергшейся небольшим повреждениям. Напротив, большие повреждения подвергаются процессам репарации (рубец), с потерей объёма клеток, апоптозом или некрозом.

Существует также пул постоянно циркулирующих в крови стволовых клеток. При незначительных повреждениях эти клетки, путем диапедеза, перемещаются в ткани, и начинается процесс регенерации. Напомним, что стимул для дифференцировки мезенхимальным клеткам даёт воспаление. В частности, высвобождаются факторы роста. Стволовые клетки в латентной фазе всегда присутствуют в коже. Поэтому мы не считаем необходимым введение новых стволовых клеток в кожу с целью образования молодых фибробластов. Мы просто стимулируем дифференцировку уже присутствующих в состоянии покоя (спящих) стволовых клеток.

Научная литература говорит нам также, что стимулом для дифференцировки стволовых клеток в состоянии покоя является выделение небольшого количества ROS (свободных радикалов кислорода). ROS являются внутриклеточными посредниками, регулирующими функции клетки. В небольших количествах ROS стимулируют дифференцировку стволовых клеток в состоянии покоя, в то время как в больших количествах вызывают апоптоз. В наших тканях стволовые клетки, находящиеся в состоянии покоя, подвергнувшись стимуляции вследствие легкого повреждения (ROS), активируются, дифференцируются и регенерируют ткани.

Итак, низкие концентрации ROS (0,1-0,5 мМоль/л) стимулируют дифференциацию стволовых клеток, находящихся в покое, в то время как более высокие концентрации (более 1,0 мМоль/л) стимулируют клеточный апоптоз. Исходя из этого, ROS в концентрации большей, чем 1,0 мМ/л, индуцируют гибель клеток путем апоптоза, в то время как более низкие концентрации — от 0,1 до 0,5 мМ/л — стимулируют дифференциацию спящих стволовых клеток. Поэтому мы искали возможность, которая позволила бы нам провести правильный стехиометрический расчёт выделенных ROS .

Аскорбиновая кислота, в присутствии ионов трехвалентного железа, активирует реакцию Фентона с выбросом ROS. На основе описанной химической реакции, можно рассчитать стехиометрическим образом количество высвобождаемых ROS в зависимости от заданного количества аскорбиновой кислоты. Для апоптоза мы используем концентрацию 5 мМ/л аскорбиновой кислоты в растворе трехвалентного железа.

Концентрация же ROS 0,34 мМ/л является достаточной для запуска дифференциации спящих стволовых клеток. Внутрикожные инъекции данного раствора позволяют активировать дифференцировку стволовых клеток как в дерме, так и непосредственно в эпидермисе. Процесс дифференциации клеток завершается в течение 21 дня с момента инъекционного введения раствора и позволяет получить новые молодые фибробласты, способные строить ювенильную матрицу.

Спустя 21 день после активации стволовых клеток, мы активируем пролиферацию и метаболическую активность вновь образованных фибробластов путем введения в дерму факторов роста тромбоцитов (аутоплазмотерапия, PRP-терапия). Все это позволяет реально омолодить кожу. ROS индуцируют процесс дифференцировки спящих стволовых клеток в новые фибробласты, PDGF (факторы роста тромбоцитов) активируют пролиферацию и метаболическую активность последних и регенерацию кожи с образованием нового ретикулярного коллагена.

В итоге данный процесс регенерации кожи предусматривает активацию дифференцировки спящих стволовых клеток с последующей стимуляцией их пролиферации и метаболизма.

 

Выделение факторов роста тромбоцитов

Теперь давайте рассмотрим правильную технику выделения и использования факторов роста тромбоцитов.

Во-первых, мы должны правильно выбрать пробирки для получения плазмы, обогащённой тромбоцитами. Пробирки могут содержать разделительный гель, способный отделить эритроциты и полиморфные элементы от плазмы с тромбоцитами (и лимфоцитами). Пробирки должны также содержать антикоагулянт, в частности, цитрат натрия 3,8%. Эта соль, в присутствии кальция, образует ещё более устойчивую соль — цитрат кальция. Секвестрация кальция приводит к невозможности перехода протромбина в тромбин, таким образом, предотвращая свертывание крови.

На рынке имеются коммерческие пробирки, содержащие гепарин в качестве антикоагулянта. Но гепарин связывается с фактором крови антитромбин III, активируя его. АТ-III, активный, инактивирует тромбин, предотвращая свертывание крови. Такие пробирки не должны быть использованы, поскольку гепарин повреждает тромбоциты. Научная литература имеет подтверждения, что гепарин вызывает агрегацию тромбоцитов, в результате чего происходит преждевременная дегрануляция и потеря факторов роста PDGF. Кроме того, литературные ссылки указывают, что гепарин уменьшает число активных тромбоцитов, содержащих PDGF и их биологические функции.

После центрифугирования крови, в пробирке мы получаем разделение на две фракции: красные кровяные клетки и полиморфно-ядерные (находятся под гелем) и плазму с мононуклеарными клетками и тромбоцитами (над гелем). Путем осторожного переворачивания пробирки распределяем тромбоциты в плазме, разделительный гель при этом не позволяет двум фракциям смешаться. Делаем отверстие иглой в резиновой пробке и шприцем извлекаем всю полученную цельную плазму (Plasma Integer).

Для получения PRP мы осторожно достаем пробирку из центрифуги, делаем отверстие иглой в резиновой пробке и шприцем извлекаем, не переворачивая пробирку, верхние 2/3 плазмы. Затем осторожно вращаем пробирку с оставшейся плазмой и шприцем извлекаем оставшуюся часть плазмы — PRP.

В процессе разделения крови в пробирке со специальным гелем, мы получаем плазму, где тромбоциты смешаны с мононуклеарными лейкоцитами. Ответим на вопрос: «Может ли присутствие белых кровяных клеток в плазме иметь отрицательное действие?»

Тромбоциты в коже активируются, присоединяясь к коллагену с помощью фактора Виллебранта. Этот процесс сопровождается дегрануляцией с высвобождением факторов роста. Полиморфонуклеары, для активации и высвобождения активного вещества, должны находиться в воспалительной среде, в то время как лимфоциты высвобождают цитокины воспаления только в присутствии гетерологичных антигенов. Отсюда следует, что возможное присутствие лейкоцитов в нашем процессе не имеет никаких положительных или отрицательных результатов.
Использование аутологичного плазменного фибрина

Целью внутрикожной инфильтрации APF (аутологичного плазменного фибрина) является создание в нужном нам месте трехмерной основы, куда мигрируют фибробласты, и получение в этой области преимущественной регенерации тканей.

Чтобы наша конструкция из фибрина функционировала дольше, мы должны замедлить рассасывание сгустка, которое следует за превращением плазминогена в плазмин. Быстрое центрифугирование при высоком числе оборотов, для удаления тромбоцитов и предотвращения высвобождения тромбостенина, отвечает за ретракцию тромба. После центрифугирования делаем забор плазмы в фазе коагуляции. До введения мы можем добавить транексамовую кислоту (аминокапроновая кислота), чтобы предотвратить преобразование плазминогена в плазмин (одной капли достаточно на 10 мл).

Давайте теперь посмотрим, что нам необходимо для получения аутологичного плазменного фибрина (APF). Мы должны взять образец венозной крови в пробирку, не содержащую ни антикоагулянт, ни активатор коагуляции, и провести быстрое (2 мин.) центрифугирование на высоких оборотах. Для работы нам необходимо около 10-12 минут — физиологическое время коагуляции плазмы (с момента забора крови в пробирку и до инъекционного внутридермального введения).

 

Протокол процесса регенерации дермы

Давайте посмотрим на весь процесс регенерации дермы на практике.

Этап 1-й – стимуляция выработки молодых фибробластов.

На начальном этапе нашего протокола мы стимулируем образование новых молодых фибробластов, используя препарат с раствором аскорбиновой кислоты в присутствии трехвалентного железа, высвобождая в коже 0,34 ммоль ROS. Таким образом, в течение 21 дня стимулируем дифференцировку стволовых клеток, присутствующих в коже. В местах стимулирования получаем новые молодые фибробласты, способные строить ювенильную матрицу.

Этап 2-й – регенерация тромбоцитарными факторами роста.

Спустя 21 день после стимуляции выработки молодых фибробластов, пациент возвращается к нам для проведения второй фазы регенерации — тромбоцитарными факторами роста. Проводим в необходимом количестве забор крови пациента для введения во все выбранные нами области. Приготовляем обогащённую тромбоцитами плазму (Plasma Integer). Вводим внутридермально для стимулирования пролиферативных и метаболических функций молодых новообразованных фибробластов. Мы используем всю полученную плазму, так как количество PDGF в одном её миллилитре в четыре раза выше, чем это необходимо для стимулирования клеток, содержащихся в том же объеме (об этом мы говорили выше).
Мы используем пробирки с гелем, способным отделять эритроциты и полиморфные клетки от плазмы с тромбоцитами, с цитратом натрия в качестве антикоагулянта. Центрифугируем полученную кровь (в среднем, при 2500 оборотах в минуту в течение 5 минут), на выходе получаем разделение: эритроциты и нейтрофильные клетки крови, помещенные под гель, и мононуклеарные клетки и тромбоциты, помещённые над гелем. Осторожно переворачивая пробирку несколько раз, распределяем тромбоциты в плазме, забираем всю обогащенную плазму. Выполняем кожную биостимуляцию выбранных областей (лицо, шея, декольте или кисти рук), вводя плазму в дерму иглой 30G /4 мм. Контакт тромбоцитов с дермальным коллагеном приводит к их активации и последующей дегрануляции.

Факторы роста высвобождается из тромбоцитов. Выделяясь, PDGF связывается с рецепторами тирозинкиназы для клеточной активации. Все это обеспечивает полноценный биологический эффект от PDGF, несмотря на их короткий жизненный цикл.

Мы можем контролировать процесс дегрануляции тромбоцитов в дерме и выделение PDGF, так как одновременно происходит дегрануляция плотных тел или дельта-гранул. Дегрануляция последних высвобождает серотонин, который на уровне кожи провоцирует появление на ней легкого покраснения, легкого зуда, местной температуры, тем самым указывая пациенту и доктору на происходящее высвобождение факторов роста.

Для улучшения биологической реакции, можно повторить биостимуляцию через 6-8 часов. Повторная биостимуляция производится по истечении данного времени, потому что через 6-8 часов мы имеем увеличенное число рецепторов на поверхности фибробластов, следовательно, повторная биостимуляции с PDGF индуцирует лучший биологический ответ. В этот раз мы используем факторы роста тромбоцитов в большей концентрации, а именно — PRP. Осуществляем отделение плазмы путем центрифугирования, удаляем верхние 2/3 плазмы. Затем гомогенизируем тромбоциты путем осторожного переворачивания пробирки и получаем их концентрацию примерно в три раза выше исходной. Данная биостимуляция проводится на особо повреждённых участках лица, где требуется наибольший отклик. Вводим тромбоциты внутрикожно — для связи с коллагеном и получения дегрануляции.

Такая регенерация кожи индуцирует пролиферацию фибробластов (увеличение их числа) и последующее формирование новой матрицы, богатой коллагеном III (ювенильного) типа, то есть — омоложение. Пролиферация происходит в течение 30 дней с момента первых инъекций факторов роста с большим количеством активированных фибробластов.

Этап 3-й – аутологичный плазменный фибрин/аминокислоты.

Полезным будет направить действие полученных фибробластов в места наибольшей необходимости и оптимизировать их работу. Аутологичный плазменный фибрин (APF) коагулирует и образует в месте введения решётку-основу для миграции фибробластов, с последующей регенерацией ткани непосредственно в этом месте. Такими местами обычно являются поверхностные морщины, места минус-ткани (депрессии) и кисти рук. Инфильтрируем аутологичный фибрин в дерму, в определённых местах, для целевой работы там фибробластов.

Гистологические исследования показали, что через 30 дней после первой биостимуляции дермы аутоплазмой в зоне введения наблюдается максимальная пролиферация фибробластов. Поэтому биостимуляцию аминокислотами (предшественниками матричных компонентов дермы) целесообразно проводить через 30 дней после первой процедуры с аутоплазмой. Введение аминокислот в присутствии бикарбонатного буфера позволяет сформировать, в соответствии с принципами эндомодуляции, идеальную концентрацию компонентов матрицы. Корректировка рН-среды, близкая к физиологическому значению 7.4, помогает формированию ретикулярного коллагена. Напротив, в среде кислой, богатой положительными зарядами, имеет место выделение карбоксильных фрагментов (отрицательно заряженных) и образование коллагена I типа. Путём папульного введения проводим данную дермальную стимуляцию по всей поверхности лица, шеи, декольте или кистей рук.

Данный полный цикл регенерации кожи может повторяться несколько раз в год.

 

 

Библиография
1. Abhishek Sohni and Catherine M. Verfaillie Mesenchymal Stem Cells Migration Homing and Tracking Stem Cells International Volume, 2013 (2013), Article ID 130763, 8 pages.

  1. Ae-Ri Ji,1,2,* Seung-Yup Ku,1,2,* Myung Soo Cho, 3 Yoon Young Kim, 2 Yong Jin Kim,1 Sun Kyung Oh, 2 Seok Hyun Kim,1, 2 Shin Yong Moon,1, 2 and Young Min Choicorresponding author 1, 2 Reactive oxygen species enhance differentiation of human embryonic stem cells into mesendodermal lineage, Exp Mol Med. 2010 Mar 31; 42 (3): 175–186.
  2. Anitua E. The use of plasma-rich growth factors (PRGF) in oral surgery. Pract Proced Aesthet Dent. 2001 Aug;13(6):487-93; quiz 487-93.
  3. Barbara Gunnella, Maurizio Ceccarelli. Attivazione cellule staminali quiescenti The Physiologica Medical Letter Vol.XI September 2016, N°2
  4. Borregaard N1, Cowland JB. Granules of the human neutrophilic polymorphonuclear leukocyte. Blood. 1997 May 15; 89 (10):3503-21.
  5. Bowen-Pope DF, Malpass TW, Foster DM, Ross R. Platelet-derived growth factor in vivo: levels, activity, and rate of clearance. Blood. 1984 Aug; 64(2):458-69.
  6. Carr A1, Frei B. Does vitamin C act as a pro-oxidant under physiological conditions? FASEB J. 1999 Jun;13(9):1007-24.
  7. Cell Transplant. 2012; 21(2-3):601-7
  8. De Donatis A, Cirri P. Understanding the specificity of receptor tyrosine kinases signaling. Commun Integr Biol. 2008; 1(2):156-7.
  9. De Donatis A, Comito G, Buricchi F, Vinci MC, Parenti A, Caselli A, Camici G, Manao G, Ramponi G, Cirri P. Proliferation versus migration in platelet-derived growth factor signaling: the key role of endocytosis. J Biol Chem. 2008 Jul 18; 283(29):19948-56.
  10. Dhurat R1, Sukesh M1. Principles and Methods of Preparation of Platelet-Rich Plasma: A Review and Author’s Perspective. J Cutan Aesthet Surg. 2014 Oct-Dec; 7(4):189-97. doi: 10.4103/0974-2077.150734.
  11. Dieter Paul, Allan Lipton, and Ingrid Klinger, Serum Factor Requirements of Normal and Simian Virus 40-Transformed 3T3 Mouse Fibroblasts Proc Natl Acad Sci, U S A. 1971 Mar; 68(3): 645–648.
  12. Eika C. The Platelet Aggregating Effect of Eight Commercial Heparins, Scandinavian Journal of Haematology, Volume 9, Issue 1-6, pages 480–482, March 1972
  13. Elisa Carrasco, María I. Calvo, Alfonso Blázquez-Castro, Daniela Vecchio, Alicia Zamarrón, Irma Joyce Dias de Almeida, Juan C. Stockert, Michael R. Hamblin, Ángeles Juarranz, and Jesús Espada1, Photoactivation of ROS production in situ transiently activates cell proliferation in mouse skin and in the hair follicle stem cell niche promoting hair growth and wound healing, J Invest Dermatol. 2015 Nov; 135(11): 2611–2622.
  14. García Giménez J. Víctor — González Nicolás Alban J. Antonio, Tratamiento del envejecimiento cutaneo mediante bioestimulación con factores de crecimiento autógenos. International Journal Of Cosmetic Medicine And Surgery Volume 7 — numero 2 – 2005.
  15. Jai Pal Singh, Margery A. Chaikin and Charles D. Stiles. Phylogenetic Analysis of Platelet-Derived Growth Factor by Radio-Receptor Assay. The Journal of Cell Biology, Vol. 95, No. 2, Part 1 (Nov., 1982), pp. 667-671
  16. John Tower Stress and stem cells Wiley Interdiscip, Rev Dev Biol. 2012 Nov-Dec; 1(6): 10.1002/
  17. Kawazoe T, Kim HH. Tissue augmentation by white blood cell-containing platelet-rich plasma.
  18. Malmström J, Westergren-Thorsson G. Heparan sulfate upregulates platelet-derived growth factor receptors on human lung fibroblasts. Glycobiology. 1998 Dec;8(12):1149-55.
  19. Maurizio Ceccarelli, J. Víctor García. Full Face Regeneration: theoretical and practical protocol.
  20. Maurizio Ceccarelli. Trattamento delle adiposità localizzate per apoptosi degli adipociti. The Physiologica Medical Letter Vol.V Dicember, 2011 N°4
  21. Mishra PJ, Banerjee D. Activation and differentiation of mesenchymal stem cells. Methods Mol Biol. 2011;717:245-53.
  22. Patrick C. Baer and Helmut Geiger Adipose-Derived Mesenchymal Stromal/Stem Cells: Tissue Localization, Characterization, and Heterogeneity Stem Cells Int. 2012; 2012: 812693.
  23. R. Levi-Montalcini. The nerve growth factor: thirty-five years later. EMBO J. 1987 May; 6(5): 1145–1154.
  24. Roberts DE, McNicol A, Bose R. Mechanism of collagen activation in human platelets. J Biol Chem. 2004 May 7;279(19):19421-30.
  25. Rong YH, Zhang GA, Wang C, Ning FG. Quantification of type I and III collagen content in normal human skin in different age groups. Zhonghua Shao Shang Za Zhi. 2008 Feb;24(1):51-3.
  26. Russell Ross, John Glomset, Beverly Kariya, and Laurence Harker A. Platelet-Dependent Serum Factor That Stimulates the Proliferation of Arterial Smooth Muscle Cells In Vitro, Proc Natl Acad Sci U S A. 1974 Apr; 71(4): 1207–1210.
  27. Stanley Cohen. Origins of Growth Factors: NGF and EGF. J Biol Chem. 2008 Dec 5; 283(49): 33793–33797.
  28. Stanley Cohen, Rita Levi-Montalcini, and Viktor Hamburger. A nerve growth-stimulating factor isolated from sarcom as 37 and 180* Proc Natl Acad Sci, U S A. 1954 Oct; 40(10): 1014–1018.
  29. Sudhir Gupta, William E. Paul, Ralph Steinman. Mechanisms of Lymphocyte Activation and Immune Regulation X: Innate Immunity Springer US, 28 apr 2005 — 163 pagine
  30. The Physiologica Medical Letter, Vol.2 May 2010 N°1
  31. Tullia Maraldi, Cristina Angeloni, Elisa Giannoni and Christian Sell, Reactive Oxygen Species in Stem Cells Oxid Med Cell Longev. 2015; 2015: 159080.
  32. Valerie Horsley, Antonios O. Aliprantis, Lisa Polak, Laurie H. Glimcher and Elaine Fuchs NFATc1 balances quiescence and proliferation of skin stem cells Cell. 2008 Jan 25; 132(2): 299–310.

 

Оставьте комментарий

X